Чжан 61 часто читают как политический трактат — наставление правителю о том, как большому государству строить отношения с малым. И это действительно так. Но, как почти всё в «Дао Дэ Цзин», за внешним слоем лежит универсальный принцип, который работает и в жизни одного человека, и в семье, и в любом сообществе. Принцип этот — плодотворная сила «нижнего положения».
Большая страна – словно устье реки
Словно место слияния всех вод мира
Словно Земля, принимающая семя Неба и дарующая жизнь
Земля лежит ниже, но приятие делает ее выше
Большая страна ставит себя ниже малой
И тем завоевывает сердца людей
Малая страна ставит себя ниже большой
И тем выказывает доверие ей
Так одни используют положение внизу, чтобы взять
Другие же этим отдают себя
Страна большая стремится людей собрать и защитить
Страна малая стремится присоединиться и тем людям служить
Так оба получают то, чего желают
В приятии обстоятельств – корень успеха
Для меня этот чжан был тяжелым, и уже при написании комментариев, я застрял на нем надолго. Могу ли я утверждать, что моё прочтение — единственно верное? Разумеется, нет. Всякий перевод это уже интерпретация, пропущенная через сознание и опыт переводчика.
«Большая страна — словно устье реки». Устье — особенное место. Река бежит сотни и тысячи километров, пробивает горы, петляет по равнинам, но в конце концов неизбежно приходит туда, где ровнее и тише всего, к устью. Устье никуда не стремится, оно просто есть, и все воды мира сами вливаются в него. В этом — первый урок чжана: истинная сила не в том, чтобы догонять и хватать, а в том, чтобы создать пространство, куда всё нужное придёт само.
Это чистое у-вэй — недеяние. Устье не заставляет реки течь к себе, оно лишь пребывает в покое и открытости. Так и большая страна (или мудрый человек) привлекает к себе не военной мощью и не громкими обещаниями, а своей способностью вмещать, принимать и не возвышаться над другими.
Дальше — образ, который у меня родился вместо буквальной «самки»: «Словно Земля, принимающая семя Неба и дарующая жизнь». Почему Земля? Потому что в даосской картине мира Земля — это вселенское женское начало. Не женщина как отдельное существо, а сам принцип Кунь — принимающий, покойный, вынашивающий.
Небо даёт дождь, солнечный свет, смену времён года. Но само по себе Небо не создаёт урожая. Только Земля, лежащая ниже, принимает это «семя» и превращает его в жизнь, в траву, в деревья, в пищу. Она не борется с Небом, не соревнуется, она принимает — и именно это делает её плодоносной. И здесь рождается парадокс, ради которого и написан этот чжан: «Земля лежит ниже, но приятие делает её выше».
Это не логическое противоречие, а та самая даосская мудрость, которую умом не взять. Приятие — не слабость, а способ со-творчества. Слабость боится, защищается, пытается схитрить. А приятие спокойно, потому что знает: через него действует сила самого мироздания.
Дальше Лао-цзы раскрывает, как этот принцип работает в отношениях между сильным и слабым, большим и малым.
Большая страна ставит себя ниже малой — не давит, не требует дани уважения, а мягко и тихо открывает свои «объятия». Результат — она «завоёвывает сердца». Заметьте, не территорию, не ресурсы, а сердца людей. Это победа совсем иного рода — без насилия, без унижения, без горечи поражения.
Малая страна, в свою очередь, ставит себя ниже большой — не лебезит, а искренне доверяет, не пытается хитрить или казаться больше, чем она есть. Она как приток, который спокойно впадает в большую реку, зная своё место и находя в этом защиту. Оказывается, и отдавать себя, быть «принятым» — это тоже путь, достойный уважения.
Лао-цзы спокойно фиксирует: «Так одни используют положение внизу, чтобы взять, другие же этим отдают себя». Никто не проигрывает. Никто не жертва. Обе стороны, пребывая в «нижнем», реализуют свои устремления. Одна хочет собрать и защитить, другая — присоединиться и служить людям. И то, и другое — естественные потребности. Мудрость не в том, чтобы подавить одно ради другого, а в том, чтобы найти равновесие, где оба достигают желанного.
Финальная строка: «В приятии обстоятельств — корень успеха». Здесь сконцентрировано всё. Обратите внимание: я перевожу это не как «смирение» и не как «покорность», как было у меня в первоначальном переводе, а именно как «приятие обстоятельств». Почему?
Смирение часто слышится как нечто горькое, вынужденное, со вздохом. Покорность — как отсутствие воли. А приятие — это активное состояние, это трезвое и спокойное видение реальности такой, какая она есть. Без иллюзий, без бунта против очевидного, без попыток проломить стену лбом. И именно из этого спокойного приятия рождается верное действие — несуетливое, своевременное, в согласии с Дао.
Когда большая страна принимает наличие малых соседей не как досадную помеху, а как естественное положение вещей, она находит способ жить с ними в ладу. Когда малая страна принимает свою величину без зависти и страха, она находит покровительство и своё достойное место.
В жизни человека этот принцип работает точно так же. Мы не пытаемся всё контролировать, не напрягаемся сверх сил, чтобы казаться больше и значительнее. Мы принимаем обстоятельства — не сдаваясь, а используя их как почву. Как Земля, которая говорит «да» дождю и солнцу и превращает их в цветение.
Таков этот чжан для меня. Устье, которое не суетится. Земля, которая не воюет с Небом. И тихое, могущественное приятие, в котором — корень настоящего успеха.